Музыка и цвет: о феномене цветного слуха

музыка и цветЕщё в древней Индии сложились своеобразные  представления о тесной взаимосвязи музыки и цвета. В частности, индусы считали, что в каждом человеке заложена своя мелодия и цвет. Гениальный Аристотель утверждал в трактате «О душе», что соотношение цветов подобно музыкальным созвучиям.

Пифагорейцы отдавали предпочтение белому цвету, как главенствующему во Вселенной, а цвета спектра в их представлении соответствовали семи музыкальным тонам. Цвета и звуки в космогонии греков являются активными созидательными силами.





В XVIII веке монах-учёный Л. Кастель задумал сконструировать «цветовой клавесин». Нажатие на клавишу представило бы взору слушателя яркое цветовое пятно в специальном окошечке над инструментом в виде цветной движущейся ленты, флажков, сияющих различными цветами драгоценных камней, подсвечиваемых факелами или свечами для усиления эффекта.

Композиторы Рамо, Телеман и Гретри отнеслись со вниманием к идеям Кастеля. В то же время он подвергся резкой критике энциклопедистов, которые считали аналогию «семь звуков гаммы – семь цветов спектра» несостоятельной.

Феномен «цветного» слуха

Явление цветового видения музыки обнаруживали у себя некоторые выдающиеся музыкальные деятели. Гениальному русскому композитору Н.А. Римскому-Корсакову, известным советским музыкантам Б.В. Асафьеву, С.С. Скребкову, А.А.Кенелю и др. все тональности мажора и минора виделись окрашенными в определённые цвета. Австрийский композитор XX в. А. Шёнберг сопоставлял краски с музыкальными тембрами инструментов симфонического оркестра. Каждый из этих выдающихся мастеров видел свои цвета в звуках музыки.

  • Например, для Римского-Корсакова ре мажор имел золотистый оттенок и вызывал ощущение радости и света, для Асафьева он окрашивался в цвет изумрудной газонной зелени после весеннего дождя.
  • Ре-бемоль мажор представлялся Римскому-Корсакову темноватым и теплым, Кенелю – лимонно-жёлтым, Асафьеву – красным заревом, а у Скребкова вызывал ассоциации с зелёным цветом.

Но бывали и удивительные совпадения.

  • О тональности ми мажор высказывались, как о синей, цвета ночного неба.
  • Ре мажор вызывал ассоциации у Римского-Корсакова с желтоватым, царственным цветом, у Асафьева – это солнечные лучи, интенсивный жаркий свет, а у Скребкова и Кенеля – жёлтый.

Стоит отметить, что все названные музыканты обладали абсолютным слухом.

«Цветопись» звуками

Сочинения Н.А. Римского-Корсакова музыковеды часто именуют «звуковой живописью». Такое определение связано с дивной изобразительностью музыки композитора. Оперы и симфонические композиции Римского-Корсакова насыщены музыкальными пейзажами. Выбор тонального плана картин природы отнюдь не случайный.

Увиденные в синих тонах ми мажор и ми-бемоль мажор, в операх «Сказка о царе Салтане», «Садко», «Золотой петушок», употреблены для создания картин моря, звёздного ночного неба. Восход солнца в тех же операх написан в ля мажоре – тональности весенней, розовой.

В опере «Снегурочка» ледяная девочка впервые появляется на сцене в «синем» ми мажоре, а её мать Весна-Красна – в «весеннем, розовом» ля мажоре. Проявление лирических чувств передано композитором в «тёплом» ре-бемоль мажоре – это и тональность сцены таяния Снегурочки, получившей великий дар любви.

Французский композитор-импрессионист К. Дебюсси не оставил точных высказываний о своём видении музыки в цвете. Но его фортепианные прелюдии – «Терраса, посещаемая лунным светом», в которой переливаются звуковые блики, «Девушка с волосами цвета льна», написанная в тонких акварельных тонах, заставляют предположить, что у композитора были явные намерения соединить звук, свет и цвет.

К. Дебюсси «Девушка с волосами цвета льна»

Симфоническое произведение Дебюсси «Ноктюрны» позволяет явственно ощутить этот уникальный «свето-цвето-звук». Первая часть – «Облака» рисует медленно движущиеся и гаснущие вдали серебристо-серые облака. Второй ноктюрн «Празднества» изображает световые всплески атмосферы, её фантастический танец. В третьем ноктюрне на волнах моря, искрящихся в ночном воздухе, качаются волшебные девы-сирены и поют свою завораживающую песнь.

К. Дебюсси «Ноктюрны»

Говоря о музыке и цвете невозможно не коснуться творчества гениального А.Н. Скрябина. Он, например, ясно ощущал красный густой цвет фа мажора, золотой – ре мажора, синий торжественный цвет отдавал фа-диез мажору. У Скрябина не все тональности ассоциировались с каким-либо цветом. Композитор создал искусственную звуко-цветовую систему (до мажор – красного цвета, соль мажор –в оранжевых, а ре мажор – в жёлтых тонах и далее – по квинтовому кругу и цветовому спектру). Наиболее ярко воплотились идеи композитора о соединении музыки, света и цвета в симфонической поэме «Прометей».

Учёные, музыканты и художники и сегодня спорят о возможности соединения цвета и музыки. Есть исследования о том, что периоды колебаний звуковых и световых волн не совпадают и «цветозвук» — это лишь феномен восприятия. Но бытуют ведь у музыкантов определения: «тональный колорит», «тембровые краски». А если в творческом сознании композитора соединяются звук и цвет, то рождаются грандиозный «Прометей» А. Скрябина и величественные звучащие пейзажи И. Левитана, Н Рериха. В Поленова…





Автор – Алла Чайка

Очень плохоПлохоСреднеХорошоОтлично (голосов: 2, в среднем: 5,00 из 5)
Loading...